Вход

Еще не зарегистрированы? Зарегистрироваться

BКонтакте:

Отправить ссылку в:

Опубликовать в Twitter Написать в Facebook Записать себе в LiveJournal Показать В Моем Мире В дневник на LI.RU Поделиться ссылкой на Я.ру Поделиться ссылкой в Одноклассниках

 
Если Вы заметили в тексте ошибку, Вы можете сообщить мне о ней. Для этого выделите ее мышкой и нажмите Shift+Enter 

Шамбала. стр. 18 | Печать |

         Генриха интересовал камень, как носитель информации. Возможность записывать в него информацию, а потом считывать, была очень привлекательна. Он помнил, сколько времени потребовалось медиуму, чтобы записать для него послание и видел что ни мальчик, ни мужчина в это время не были в состоянии медитации. Значит, писать и читать камень не так уж и сложно? Генрих опять ушел в нереальность искать ответы.

В этот раз астрал встретил его дождем. Генрих опять появился в черной пустоте летящим сквозь огромное количество мелких песчинок. Это было похоже будто бы он стоял под дождем из песка. Мелкие песчинки были везде, они двигались сплошным потоком с одинаковой скоростью. Они пролетали сквозь Генриха и сплошной пеленой заслоняли черный горизонт. Генрих выбрал первую попавшуюся песчинку и сосредоточился на ней. Этой песчинкой оказалось слово, частичка информации. Генрих захватил еще несколько песчинок и они, вместе с первой сложились в предложение. Тогда Генрих постарался расширить свое астральное тело как можно больше, чтобы захватить побольше песчинок. Он раздулся, как только смог и начал поглощать этот песчаный поток. Поток песка двигался и пролетая сквозь Генриха, в нем, как в фильтре, осаждал информацию. Так продолжалось пока таймер не выдернул его обратно, в мир людей. Теперь нужно было разобрать и осмыслить то, что удалось выудить из астрала. Информации было огромное количество, но она была на столько разрозненна, что собрать из нее что-то вразумительное никак не получалось. Она пришла как песчаная струя, и сложить каждую песчинку к песчинке – потребовались бы годы медитаций. Генрих понял, в этой песчаной буре ответы на вопросы, которые он искал в астрале. Эти песчинки будут складываться, и читаться постепенно, по мере его развития. Невозможно познать все и сразу. И он решил не торопиться, а пока освоить те знания, которые дали ему тибетские медиумы.

         Теперь он понимал природу астрального тела живых существ и, исходя из этого знания, можно было попробовать воздействовать на него. Раз астральное тело это волна, значит, у нее есть свойство – амплитуда, и следовательно, воздействовать на него можно другой волной. Если на волну наложить другую волну, с такой же амплитудой, то сила и величина волны возрастет, но если амплитуды волн будут противоположные по значению, то они погасят друг друга. Совсем погасить астральное тело, скорее всего, невозможно, но воздействовать на него можно вполне успешно. Удар волной противоположной по амплитуде, оттолкнет астральное тело, а сильный удар может отбросить очень далеко. Так как астральное тело существует не только в привычных для человека измерениях, то, переместиться при ударе оно может и за пределы реальности. Осталось научиться применять это знание на практике. Генрих решил с утра уйти в горы, где его никто не увидит, и потренироваться.

         В лагере Генрих выполнял работу писаря. Он каждый день заполнял дневник экспедиции описывая все, что происходило. Так как Шеффер не требовал его участия в исследовательских вылазках, то Генрих, чтобы быть этим людям хоть чем-то полезным, добросовестно помогал в заполнении бумаг. Когда экспедиционеры возвращались в лагерь Генрих и Шеффер много времени проводили за описанием найденных экземпляров. Генрих на первый план для себя ставил работу и помощь экспедиции, а свои астральные исследования оставлял на свободное от работы время. Иногда работа занимала у него целый день, а иногда, когда ученые уходили на поиски неизведанного, у Генриха бывали целые дни безделья, которые он посвящал астральным тренировкам. Завтра в лагере никого не будет, работы нет, его тренировке никто не должен помешать.

         Утром Генрих набрал во фляжку горячего чая, взял ружье, бинокль и, объяснив оставшимся в лагере немцам-радистам, что идет на охоту, вышел из лагеря и начал подниматься в горы. Как-то при внетелесном путешествии он нашел вверху над лагерем небольшую площадку в почти отвесном склоне. Ровная, довольно большая каменная плита, одним краем уходила в разлом в горе, а другим, немного выдавалась над склоном. Тихое, уединенное место, вот только чтобы попасть туда из лагеря, надо было сделать длинный крюк по горам. Зато оттуда открывался отличный вид на лагерь и монастырь. Генрих двинулся в путь и через час вышел на эту площадку.

Земля в расщелине была покрыта слоем пыли испещренной следами каких-то мелких животных и засыпана их пометом. Генрих расчистил себе место, расстелил плащ-палатку, недолго отдохнул, глядя на долину внизу и начал тренировку.

Он стал делать упражнения из хатха-йоги на дыхание и внутреннюю концетрацию. Знание об этой технике он почерпнул из той песчаной каши, когда искал информацию о камне. Эти упражнения позволяли прочувствовать зарождение волны, которую нужно было вызвать. Он повторял упражнение раз за разом и все явственнее чувствовал как в груди у него зарождается вибрация. Сначала это было как легкое волнение, которое все усиливалось, перерастало в дрожь, а дрожь постепенно усилилась до сильной вибрации. Затем Генрих усилием воли медленно переместил эту вибрацию вдоль по руке, пока она не достигла ладони. Он посмотрел на ладонь, визуально в ней ничего не было, но он ощущал в ней как будто небольшой, пульсирующий шар, который вибрировал и грел руку. Генрих сжал это шар и швырнул его в пролетающую недалеко небольшую птицу. Птица вильнула в воздухе, как будто в нее попала дробинка и быстро скрылась из виду.

Что ж начало положено, теперь нужно отточить это умение. Генрих вызвал волну еще раз, и подошел к краю площадки, удерживая невидимый, пульсирующий шар в ладони. Он выбрал чуть ниже еще одну птицу и бросил шар в нее. Ничего не произошло. Птица как летала, так и продолжила летать.

Поразмыслив, Генрих решил что волна, которую он сгенерировал, скорее всего, не была противоположной астральной волне птицы. Он начал упражнение снова, на этот раз, представляя эту птичку, ее внешний вид и поведение и пытаясь создать пульсирущий шар, который представлялся ему как прямая противоположность этому летающему, живому существу. Он снова взял пульсирующий шар в руку и, подойдя к краю, бросил его в птицу. На это раз птица, сложив крылья, камнем упала в растущие внизу кусты. Это был несомненный успех! У него получилось!

Но почему не получилось в первый раз? Он ведь видел как птица вильнула в воздухе, значит он ее все-таки задел? Почему не убил? Значит, волна не годилась для всех подряд. Для каждого существа нужно было генерировать свою волну. Генрих сел в медитацию, чтобы закрепить полученный опыт. Он сидел не шевелясь, медитируя и вдруг увидел небольшого зверька, похожего на хомяка, колония которых, видимо, жила в этой расселине. Хомяк вылез из-за камня и сзади наблюдал за притихшим человеком. Генрих, разглядывая животное, сгенерировал волну, перекатил шар в ладонь и сделал небольшое движение, посылая шар в хомяка. Хомяк заметил это движение, подпрыгнул, хотел бежать, но тут волна настигла его и он упал замертво. Генрих поднялся и взял первый свой трофей, добытый таким необычным способом. Практика подтвердила теорию. Волна, сгенерированная для конкретного существа, легко выбивала его астральное тело из оболочки. Получается, что он таким способом может убить и человека!

 Он был в восторге, он получил еще одно необычное для простых людей умение! Генрих еще долго оттачивал умение генерировать волну, и спустился в лагерь лишь когда уже стемнело. Следующие два дня он опять провел на этой площадке, тренируясь и оттачивая новое умение. Пока, наконец, не научился генерировать волну без предварительной дыхательной гимнастики и концентрации. Генрих научился вызывать этот невидимый, пульсирующий шар, почти не заметными со стороны действиями. Теперь он имел оружие против живых существ, гораздо опаснее огнестрельного, так как оно не ранило, а убивало сразу и наповал.

Утром следующего дня Генрих опять пошел на свою тренировочную площадку. Проходя через селение, он увидел несколько шерпасов, которые постоянно бродили возле лагеря в ожидании какой-нибудь работы. Генрих остановился, оглядел их, а потом, выбрав самого грязного, бросил ему монету и сказал:

-        Ты! Пойдешь со мной!

Остальные шерпы оживились и с надеждой смотрели на белого богача.

-        Все, все! Больше никого не надо!

Он отдал шерпу свой рюкзак и патронташ, и они двинулись в путь. Они долго молча поднимались в горы по извилистой тропинке. Шерп молчал и Генрих не говорил ни слова, лишь иногда показывал ему направление. Поднявшись в гору, они вышли на участок тропинки идущий вдоль ущелья. С одной стороны тропы была почти отвесная стена, а другая сторона обрывалась в глубокое ущелье, поросшее кустарником.

Генрих пропустил шерпа вперед, а сам огляделся по сторонам. Они были одни среди нагромождения камней и только высоко в небе кружил стервятник, словно предчувствуя добычу.

Генрих остановился, глядя на идущего впереди маленького, грязного человека. Он представил это живое существо как душу облаченную в плоть, сгенерировал волну, противоположную этой жизни, и на коротком выдохе швырнул ее в шерпа.

Пигмей замер, обмяк, ноги его подкосились, и он как тряпичная кукла, повалился в дорожную пыль. Генрих огляделся еще раз. Никого. Он подошел к лежащему телу, перевернул его, пощупал пульс. Шерп выглядел мертвым, пульс не прощупывался. «Хм. Как-то слишком просто» - подумал Генрих. Возможно, человека таким способом убить проще, чем животное, за счет его более высокого эмоционального и интеллектуального развития? Генрих посидел, возле тела шерпаса, подождал, а потом проверил пульс еще раз. Пульса не было и ему показалось, что тело начало остывать. Неужели он ударом сумел порвать связи между физическим и астральным телами?

Но ждать и проверять это времени не было, в любой момент кто-нибудь мог появиться на тропе. Генрих взял шерпаса за ноги и, подтащив к обрыву, столкнул тело вниз. Тело покатилось, ударяясь о камни, полетело и с треском провалилось в кусты. Туда же Генрих швырнул и свой рюкзак, который свалился с плеч пигмея. Опыт, который он сегодня поставил, воодушевил его. Теперь он на практике убедился, что обладает мощнейшим оружием.

Генрих радостно зашагал обратно в лагерь. Ему было немного не по себе, еще ни разу не приходилось убивать, но он нисколько не переживал об убитом шерпасе. Для него этот пигмей не был человеком, в его понимании этого слова. Он убил его, как вчера убивал хомячков в горах, без всякого сожаления, ради тренировки. Все равно, когда сюда придут чистые арийцы, большинство этого примитивного народца придется уничтожить, чтобы не тратить на них ресурсы. Останутся только те, кто будет занят на работах. А этот пигмей своей смертью сослужил ему службу. Но пока здесь не установилась их власть, надо было это происшествие выдать за несчастный случай.

Генрих спустился в селение и объяснил шерпасам что их товарищ сорвался в пропасть. Они бросились к месту несчастного случая и в конце дня вернулись с изуродованным трупом шерпа, завернутым в мешковину. Они так же принесли и рюкзак Генриха, за что он их поблагодарил мелкой монетой. Произошедший несчастный случай неожиданно сильно расстроил экспдиционеров.

-        Как это произошло? – Шеффер пристально смотрит на Генриха.

-        Не знаю, я сам не понял. Он ушел довольно далеко от меня, я только услышал его крик и понял, что он упал в ущелье.

-        Шерпас – отличный проводник. Он не может так просто взять и упасть в ущелье! – Казалось, Шеффер о чем-то догадывается.

-        Ну, почем я знаю! Может, у него голова закружилась? Видел какой он худой?

-        Нам не хватало только чтобы люди гибли, обслуживая нашу экспедицию. Это уже вторая смерть среди наших проводников. Мне это не нравится! Уверен, властям тоже не понравится.

Шерпа похоронили на кладбище за селением. Какие-то женщины вопили и причитали в деревне почти до самого утра. Генрих даже не полетел смотреть на похороны. Шерп был ему неинтересен.

Генрих уже получил и закрепил свое умение и пока решил прекратить тренировки чтобы не вызывать подозрений. А пока можно было поразбираться с записью в камень.

         Писать в камень информацию оказалось легче, чем думал Генрих. Нужно было, просто держа в руке камень, представлять в уме картинки того, что хотел записать и как бы наматывать их на воображаемую кристаллическую решетку камня. Информация и так записывается на камень, даже если человек не хочет этого, а чтобы записать выборочно, нужно было просто это представить. Труднее было разобраться с чтением. Генрих был уверен, что существует способ, считать информацию не выходя в нереальность. Выходить в астрал для чтения из камня, это все равно, что стрелять из пушки по воробьям. Вроде и результативно, но нелогично. Нереальность давала ответ в любом случае, была запись или нет - астрал знал все. Полученная в астрале информация могла быть считана не из камня, а напрямую из информационного поля астрала. Генриху же нужно было освоить считывание и запись в камень, как это делали тибетские маги. Не выходя в астрал и даже не медитируя.

 Генрих начал тренировки с камнем. Сначала он посвятил много времени записи. Он стал медитировать и всегда держал в руке камень. В медитации он вспоминал свое детство, дом, родителей и наматывал эту информацию на камень. С каждым разом все новые сведения из своей жизни, все что знал, все чему его научили учителя, все, что прочитал в книгах в библиотеке замка. Информация впитывалась в камень, и казалось что у этого носителя нескончаемый объем. Генрих уже записал туда все что мог и теперь наматывал на камень просто свои размышления. Потом выходил в нереальность, обращался к камню и понимал, что у этого носителя не заполнена даже малая часть!

Кристалл – был огромным вместилищем информации, Генрих даже не мог осмыслить всего его объема. Он нашел в багаже одну кожаную перчатку, без пары, и изрезал ее ножницами. Из обрезанного пальца перчатки он сделал небольшой мешочек и положил туда камень, потом нарезал тонкие полоски и свил кожаный жгутик. И с тех пор носил камень в мешочке на шее и всегда при медитациях держал его в руке. Вот только читать, как он ни старался, пока не получалось без выхода в нереальность. Но Генрих был уверен, со временем он найдет способ.

 

<<< предыдущая страница | оглавление | следующая страница >>>

Комментарии
Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии!

3.26 Copyright (C) 2008 Compojoom.com / Copyright (C) 2007 Alain Georgette / Copyright (C) 2006 Frantisek Hliva. All rights reserved."