Вход

Еще не зарегистрированы? Зарегистрироваться

BКонтакте:

Отправить ссылку в:

Опубликовать в Twitter Написать в Facebook Записать себе в LiveJournal Показать В Моем Мире В дневник на LI.RU Поделиться ссылкой на Я.ру Поделиться ссылкой в Одноклассниках

 
Если Вы заметили в тексте ошибку, Вы можете сообщить мне о ней. Для этого выделите ее мышкой и нажмите Shift+Enter 

Возвращение стр. 64 | Печать |

         Знакомый звук подъехавшей на улице машины вывел Надежду Васильевну из задумчивости. Она поднялась, прошла в комнату и, отодвинув занавеску, выглянула в окно. За воротами виднелся серый «уазик» - Варя со своим мужем приехали. Вот ведь… Не обещали сегодня заехать, а приехали… Надежда Васильевна всплеснула руками, вытерла их о фартук и пошла встречать гостей.

 

-        Привет, мам! – Варя чмокнула Надежду Васильевну в щеку и прошла в дом.

-        Здравствуйте, Надежда Васильевна! – За девушкой на крыльцо поднялся Дима – муж Варвары, спортивного вида, молодой парень.

-        Здравствуйте, мои дорогие! А я вас, вроде, как и не ждала сегодня. - Женщина пропустила их в дом и пошла следом.

-        А вот, вроде, как решили так, без приглашения! – Улыбаясь, отозвался в том же тоне Дима.

-        Как дела, мам? – Молодые люди прошли в комнату.

-        Да, как-то так… ничего. – Смутилась Надежда Васильевна. Она не знала, как рассказать дочери о незнакомце в спальне. Что будет дальше, она тоже не знала. А вдруг незнакомец скоро проснется и уйдет? Тогда и ничего объяснять не придется. Просто, никто ничего не узнает… Хотя… предчувствие подсказывало, что это не так. Ее задача была - помочь этому человеку и эта помощь точно не ограничивалась тем, что она уже сделала. Когда он проснется, вот тогда и потребуется ее помощь, а значит, люди все равно узнают об ее неожиданном госте. Надо рассказать, пока сами не увидели и не стали задавать вопросов…

-        Вот что, дети… Проходите-ка на кухню. Пойдем чай пить, мне нужно с вами поговорить.

Молодые люди прошли на кухню. Варя зажгла на плите конфорку и поставила чайник.

-        Похозяйничайте пока, располагайтесь, я сейчас. - Надежда Васильевна оставила их на кухне, а сама пошла в спальню. Там ничего не изменилось. Человек как лежал под простыней, так и лежит, только кот переместился с груди поближе к лицу и теперь лежал на шее мужчины серым воротником. Он поднял синие глаза на вошедшую женщину, затем отвернулся и стал снова смотреть хозяину в лицо.

Надежда Васильевна наклонилась и с трудом вытащила из-под кровати большой чемодан набитый тряпками и старыми вещами. Из чемодана достала старый, потертый фотоальбом, затем поднялась, еще раз осмотрела незнакомца и, прижимая альбом к груди, вернулась на кухню.

Варя уже расставила чашки и заваривает чай. Они расселись за столом, и Надежда Васильевна положила перед собой альбом.

-        Вот, дети, что я вам хочу сказать… - Немного подумав, начала она. Молодые люди с интересом посмотрели женщину.

-        Ма, ты какая-то загадочная сегодня… - Улыбнулась Варя.

-        Что случилось?

-        Помнишь, я рассказывала тебе о своем дядьке, Петре Васильевиче?

-        Это который из фашистского плена бежал? Помню, рассказывала. А чего ты о нем вспомнила?

Надежда Васильевна открыла альбом и стала бережно перелистывать выцветшие картонные листы заклеенные старыми, черно-белыми фотографиями.

-        У-у… Какие старые… - Варя через плечо матери всматривается в лица на расплывчатых фотографиях. Дима тоже подошел и встал рядом, глядя в альбом.

-        А вот он, гляньте. – Надежда Васильевна показала на одну из фотографий с обрезанными углами. Шибаев Петр Васильевич

-        Шибаев Петр Васильевич. Кадровый военный. - С фотографии смотрел мужчина в гражданском костюме с галстуком. Волевой взгляд, широкие залысины.

-        Это он уже после войны… Военных то, фотографий у меня не осталось… - Пояснила женщина.

-        Мам, а чего это вдруг ты его вспомнила?

-        Да вот, решила рассказать вам то, чего раньше не рассказывала…

-        Давай, интересно!

-        Петр Васильевич до войны служил в Белоруссии. Он кадровый военный, офицер, не помню в каком звании. Так вот, когда началась война, их часть была захвачена врасплох. За день до этого, были объявлены учения, и на учения все боевые патроны были заменены холостыми. Воевать, как оказалось, им просто было нечем. Не знаю, диверсия это была, предательство, или просто страшное стечение обстоятельств, но перебили их немцы всех, как цыплят. Просто прилетели, разбомбили, а потом уже прошла пехота, и добили всех, кто уцелел…

-        Да… дела… - Протянул Дима.

-        Дядя Петя тогда был контужен во время бомбежки и его раненого, взяли в плен. Отправили его, вместе с другими пленными, в Германию. Всех подробностей я не знаю, но там ему и еще нескольким пленным русским, удалось бежать. Стали они на восток, домой, в Россию пробираться. Далеко не ушли. В Польше их местные крестьяне полицаям сдали, а те уже обратно, немцам… Очень уж боялось тогда оккупированное население новую, фашистскую власть… - Надежда Васильевна сделал глоток из чашки и продолжила.

-        Ну вот. Не убили его фашисты за побег, а отправили в лагерь, на работы. Там, уже в лагере, ему удалось второй раз собрать группу и сбежать.

-        О, какой героический у меня дед! – Варя, улыбаясь, толкнула Диму локтем.

-        Да уж… Даже сейчас от таких рассказов не по себе, а представляешь каково было им?

-        Тяжко им было. – Ответила Надежда Васильевна.

-        Он рассказывал нам потом, как они очень долго пробирались лесами, прятались от всех. Как голодали. Порезали и сжевали все, что кожаное было – ремни, ботинки… Кору ели, траву… Так вот и выбрались к линии фронта и к своим перебежали. Только вот время тогда было такое. Считалось, раз в плен попал - значит виноват, значит сразу под подозрение. А вдруг предатель, вдруг фашисты завербовали, вдруг шпион с той стороны пришел?

-        Да, тогда считалось, что лучше геройски умереть в бою, чем в плен сдаться. – Подтвердил Дима.

-        Так вот. – Продолжила Надежда Васильевна.

-        Тогда дядя Петя, вместе с товарищами, был осужден за то, что в плену побывал. Разжаловали его до рядового и отправили в штрафбат, искупать кровью содеянное.

-        Какой ужас… Вот ведь какие лихие времена были. – Вздохнула Варя.

-        Потом, уже после смерти Сталина, его, конечно, реабилитировали, вернули звание, сняли все взыскания, а тогда путь у них был один – штрафбат.

В штрафбате он воевал до первого ранения. После этого считалось, что «искупил кровью» и перевели обратно в часть. Он прошел всю войну. Получил звание сержанта, награжден медалями за боевые заслуги. Был несколько раз ранен, но не сильно. Легкие ранения, санбат и снова в бой. Войну закончил где-то в Европе, не знаю точно. Вот, такой у тебя дед, доча.

-        Да я и раньше знала, что у меня в родне непростые люди. – Улыбнулась Варя.

-        А теперь я расскажу еще более непростые вещи. Прошу вас отнестись к этому серьезно. Я сама до сегодняшнего дня сомневалась… - Надежда Васильевна сделал паузу и продолжила.

-        Жили мы тогда в Костроме. Мне было лет десять. Дядя Петя приехал к нам на работу устраиваться. И пока он устраивался, жил с нами в доме. Это потом ему выделили комнату, и он семью перевез, а пока теснились все вместе. Жили мы в частном доме, газа тогда в домах не было, в каждом доме стояла печь. На ней и готовили и воду грели и спали… Печь строилась по центру дома и делила дом на комнаты. У нас, девчонок, была своя комната. И вечером, когда ложились спать, дядя Петя ложился на печку, и его отделала от нас только занавеска. И вот он, вечерами, когда спать еще неохота, он из-за занавески рассказывал нам, как воевал, как из плена выбирался. Рассказывал, вспоминал и как будто заново войну переживал. Вот тогда-то, в один из вечеров он и рассказал мне, как чуть не убили его, когда поймали в первый побег. Били немцы их сильно. Он думал - забьют до смерти, но бог миловал. Вот только что-то сломалось тогда у него в голове. Как выключатель какой-то включился. Стал он предчувствовать события, которые еще не случились. И до такой степени, это предчувствие, у него, точно стало работать, что вело его дальше по жизни, и не было у него больше ошибок. Представляете, он даже в карты играть перестал, потому что выигрывал всегда. Он знал, что дальше будет и никогда не проигрывал. Фокусы нам показывал – я прятала что-нибудь в руке, а он отгадывал в какой. Никогда не ошибался. Тогда, во второй побег, им удалось до линии фронта дойти, только благодаря его предчувствию. Прошли незаметно и к нашим вышли без потерь. И потом, всю войну, ни одного тяжелого ранения.

-        Это что ж, так ему немцы голову удачно стрясли? Невероятное что-то… - Удивился Дима.

-        Нет, сотрясение тут ни при чем. Он рассказывал, такое предчувствие у него и раньше, до войны иногда случалось, но редко... А тогда, когда их немцы били, он, как говорит, понял что смерть-то вот она, рядом,... Заглянул ей в лицо, как говорится… И тогда понял, что если жить хочет – беречь себя надо, и вот, и щелкнуло что-то, и с тех пор, предчувствие его уже не проходило.

-        И что, вот прям, в любые азартные игры мог выиграть? – Опять не поверил Дима.

-        Ага. Потому и не играл никогда. Крепкий он был мужик и честный. Работал бригадиром плотников. Еще две дочки после войны у них родилось. Вот так они и жили пока он не помер от рака желудка. Мы тогда уж тут жили, я иногда ездила в Кострому их навестить.

-        Да, интересная история…

-        Погоди, самое интересное еще не рассказала. - Надежда Васильевна отпила из чашки и продолжила.

-        Так вот, умирал он долго и мучительно. Обезболивающих препаратов тогда было мало, и наркотики всем подряд тоже не кололи. Лежал он несколько недель, мучился. Под конец начал сознание терять. Провалится на несколько часов, потом снова в себя приходит до следующего приступа. Я тогда все время у его кровати просидела. Думала - бредит. Он мне все говорил: «Надя, зло пришло». Вот так, очнется и повторяет: «Зло пришло в этот мир. Хочет напиться болью человеческой». Я тогда, поначалу, думала это он про себя говорит, болело у него сильно. Но нет, говорил он про что-то другое. Вот, а перед самой смертью, он так сжал мою руку, долго так смотрел мне в глаза, а потом сказал: «Этот человек остановит зло. Помоги ему!»

И вот, ребята, вы не поверите, как он это сказал, у меня перед глазами появилось лицо. Вот, как бы вижу я его. Он как будто мысль мне внушил, влил мне в голову образ этого человека. Лицо - незнакомого мужчины, блондин, голубые глаза. Это лицо тогда так пропечаталось у меня в памяти, и не выходит с тех пор из головы. А дядя Петя умер через два дня, так больше и не очнулся. Вот так. Случилось это сорок лет назад, а я это лицо до сих пор в памяти храню, каждую черточку помню… И слова эти помню… «Помоги ему».

-        Мнда… Чудеса… - Протянула Варя.

-        Чудеса сегодня начались. – Отозвалась Надежда Васильевна.

-        Я ведь уже и не надеялась его встретить. Думала, уж так, бред умирающего. А сегодня встретила.

-        Встретила? Мам, ты серьезно? Человека, которого тебе внушил умирающий дед?

-        Да, доча.

-        И где он?

-        Там. - Надежда Васильевна указала рукой в комнату.

Варвара с Димой удивленно переглянулись, поднялись и осторожно пошли в комнату. Надежда Васильевна махнула рукой в сторону спальни и пошла за ними. Они прошли в спальню и выстроились возле кровати. Незнакомец лежит без движения, лишь кот, серым воротником обвивший шею, поднял голову и посмотрел на людей голубыми глазами.

-        Он что, спит?

-        Пойдемте, пойдемте обратно на кухню я вам все объясню! - Надежда Васильевна вытолкала молодых людей из спальни.

-        Да уж объясни мам! У тебя в спальне спит какой-то парень! Откуда он там взялся? – Варя удивленно повысила голос.

-        Все, все, не кричи. Это Володька мне его принес. – Надежда Васильевна запутала дочь еще больше. Варя удивленно смотрит на мать, а Дима с улыбкой наблюдает за ними.

-        Это тот, озабоченный дебил, что ли?

-        Да, да, он. Мы нашли его на откосе железнодорожных путей. – Наконец Надежда Васильевна получила возможность подробно рассказать, что произошло сегодня днем. Молодые люди с интересом выслушали, а Надежда Васильевна закончила:

-        Вот так. И что бы вы ни думали, я намерена выполнить то, что сказал мне мой дядька. Я помогу этому парню.

-        Мам, а не лучше ли его сдать милиции? Его ведь ищут, наверное? И что с ним? А если он умрет тут, у тебя на кровати??

-        Не думаю. Я почему-то уверена, что надо просто подождать, он скоро проснется.

-        Ты же не медик… А вдруг ему нужна медицинская помощь?

-        Варя, давай подождем. Хотя бы до завтра. А там видно будет. Я его осмотрела, ни переломов, ни каких-либо повреждений у него нет. У него просто обморок. Он проснется, я знаю.

-        Все-то ты знаешь! Я тебя одну здесь не оставлю! Поживу пока тут, пока проблема, в виде твоего гостя, не решится.

Дима понимающе кивнул. Затем подумав, добавил:

-        А пока он спит, давайте-ка я его по своим каналам проверю.

Он вышел из дома, прошел за ворота, к машине. Спустя некоторое время вернулся, неся в руках фотоаппарат и стеклянную,  трехлитровую банку в полиэтиленовом пакете:

-        Пойдем-ка, я его щелкну.

Они прошли в спальню, Надежда Васильевна взяла на руки кота, и Дима сделал несколько фотографий спящего незнакомца. Затем вынул из пакета банку и, держа ее за ободок, по очереди приложил к ней его ладони.

-        По отпечаткам пальцев мы его сразу вычислим, если где-то был замешан. – Пояснил он и убрал банку в пакет.

-        А кот то, какой у него интересный… Красавец… - Дима протянул руку и почесал ему ухо. Кот поднял голову, толкнул мордой ладонь человека, ласкаясь и заурчал. Надежда Васильевна посадила кота обратно, на грудь спящему хозяину и тот опять начал нюхать ему лицо. Затем покрутился, устраиваясь поудобнее и снова улегся ему на шею серым, пушистым шарфом.

-        Ну, пойдем, пускай спит.

Они вышли из комнаты.

-        Лан, я поеду тогда домой… - Сказал Дима.

-        Давайте тут аккуратнее, чтобы завтра тут еще кто-нибудь не завелся…

-        Да ну тебя! – Все заулыбались, Дима вышел, а женщины опять прошли на кухню.

На улице хлопнула дверь уазика, взревел двигатель и Дима уехал. Женщины остались одни.

-        Что думаешь, мам? Что это за парень?

-        Ой, не знаю доченька… Знаю только, что надо сделать как дядька сказал. Все-таки он не простой был. Мог будущее видеть, да и при смерти всякую ерунду говорить не станут. «Зло напьется болью человеческой» - звучит то, как страшно…

-        Ну, дай бог, чтобы этот парень оказался хорошим человеком. – Задумчиво произнесла Варя.

-        А ты больше про него ничего не знаешь? Как зовут, откуда?

-        Неа

-        Пойдем, еще посмотрим на него?

Женщины прошли в спальню. Там ничего не изменилось, незнакомец лежал в той же позе как его и оставили. Только кот стал проявлять активность – сел в изголовье, рядом с лицом хозяина и стал нюхать и лизать ему лицо.

-        Киса, ты чего тут делаешь?

Кот посмотрел на женщин и продолжил лизать незнакомцу губы.

-        Чего это он?

-        Не знаю. Умывает хозяина, наверное… - Варя осторожно подошла ближе.

-        Надо его вещи осмотреть, может какие опознавательные знаки есть?

-        Так у него вещей то… Даже ботинок и тех нет… Вон, только штаны и майка. Да, еще клетка для кота, тоже там нашли. - Надежда Васильевна показала пластмассовый домик. Варя покрутила его в руках, заглянула внутрь. Ничего особенного… Она подошла к незнакомцу и провела рукой по его груди:

-        Смотри, мам, тут вышивка какая-то.

На рубашке, на нагрудном кармашке, вышит цветными нитками какой-то орнамент. Орнамент складывается в какое-то слово, но оно оборвано. Видимо когда падал, зацепился за что-то, на кармашке зияет небольшая дырка и разноцветные нитки торчат в разные стороны. Вера пригладила нитки рукой и пригляделась:

-        Алекс… - Прочитала она.

-        Алексей? Александр?

-        А с чего ты вообще взяла, что это его имя? Может это название фирмы, лэйба, как у вас сейчас говорят? – Предположила Надежда Васильевна.

-        Не. Лэйбы не так вышивают. Там машинная вышивка, а тут похоже руками вышивали, смотри как неровно… Да и что-то фирмы такой - «Алекс», я не припомню…

-        Ну, может на самом деле его так и зовут. Только непонятно, Саша или Леха?

-        Пусть пока будет Алекс. Проснется – расскажет. – Решила Варя.

 


 

<<< предыдущая страница| оглавление | следующая страница >>>

Комментарии
Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии!

3.26 Copyright (C) 2008 Compojoom.com / Copyright (C) 2007 Alain Georgette / Copyright (C) 2006 Frantisek Hliva. All rights reserved."