Вход

Еще не зарегистрированы? Зарегистрироваться

BКонтакте:

Отправить ссылку в:

Опубликовать в Twitter Написать в Facebook Записать себе в LiveJournal Показать В Моем Мире В дневник на LI.RU Поделиться ссылкой на Я.ру Поделиться ссылкой в Одноклассниках

 
Если Вы заметили в тексте ошибку, Вы можете сообщить мне о ней. Для этого выделите ее мышкой и нажмите Shift+Enter 

Начало стр. 34 | Печать |

* * *

Ведьма. "Я - Человек"Вечерние сумерки опустились на село. Крупный, мокрый снег лениво кружится около тусклой лампочки, освещающей вывеску «Рюмочная». Обшарпанная дверь под вывеской то и дело открывается, выпуская на свежий воздух очередного нетрезвого посетителя. В прокуренном помещении, Лера, ловко орудуя шваброй по деревянному полу, замывала грязь, натоптанную посетителями за рабочий день. Закрыв за последним посетителем дверь на засов, Лера домыла пол, выжала тряпку и поставила ведро со шваброй за дверь.

-        Теть, Нин! Я закончила, побегу.

Пожилая продавщица поднялась из-за прилавка и протянула девушке сверток:

-        Иди, иди, родная. Вот возьми, тут бутерброды у меня остались. Я сытая, не хочу, а ты чаю попьешь. Бери, бери, не скромничай.

-        Спасибо, теть, Нин…  Лера понимала, эти бутерброды были сделаны именно для нее. Тетя Нина жалела эту девушку из неблагополучной семьи и всячески ей помогала. Женщина и сама жила небогато, но отказаться было нельзя, и Лера взяла сверток.

-        Пойду к Светке чай пить. Спасибо! До завтра!  Лера помахала рукой и вышла через служебный вход на улицу. Ее единственная подруга – Светка, жила на другом краю поселка, торопиться было некуда и Лера побрела по дороге, стараясь не поскользнуться на мокром снегу. На весь поселок горело лишь несколько уцелевших фонарей, которые тусклым желтым светом освещали грязный снег. На улице не было ни души. Лишь возле рюмочной, которая на ночь закрывалась решеткой и превращалась в ларек, торгующий самыми востребованными ночным селом товарами – дешевой водкой и сигаретами – виднелось несколько темных фигур.

* * *

Работы в селе не было. С приходом перестройки, в это, некогда процветающее село, налаженная еще в Советском Союзе размеренная жизнь, рухнула. Колхоз, некогда бывший миллионером, вдруг оказался весь в долгах и развалился. Его председатель и администрация поселка скрылись в неизвестном направлении. Небольшой кирпичный заводик, на котором работало половина взрослого населения села, остановился и люди остались без работы. На заводе вдруг появились деловитые молодые люди в спортивных костюмах. Они погрузили оставшуюся технику и станки на грузовики и покинули село, увозя на своих иностранных внедорожниках, последнюю надежду на возрождение. Кто из жителей чувствовал в себе силы, уехали искать заработок в город, а кто не захотел покидать родину, перебивались случайными заработками и пили горькую. Водка стала пользоваться в селе большим спросом.

В этот момент в селе появился Рафа. Это был молодой татарин, крепкий, спортивного телосложения. Он купил в селе несколько брошенных домов и прибрал к рукам поселковый магазин, в котором сразу открылась круглосуточная точка, торгующая спиртным. В купленных домах Рафа организовал цеха по производству водки, тем самым, дав рабочие места нескольким местным жителям. К этим домам то и дело подъезжали машины груженные ящиками с пустыми бутылками и отъезжали уже загруженные только что разлитой водкой. За постоянно закрытыми ставнями, рабочие, в несколько смен, мыли бутылки в череде ванн и разливали по ним смесь спирта и воды, которая подавалась по системе шлангов из бочек установленных специально сколоченных помостах. Затем бутылки передавались в следующее помещение, где рабочие при помощи специальных закруток, вручную запечатывали бутылки крышками. Далее на них клеились этикетки, и затем ящики сгружались на склад, откуда машины развозили водку оптовым покупателям.

{ ------ здесь фрагмент текста, доступный только зарегистрированным пользователям ------ } 

Сам Рафа спиртное не употреблял и среди своих рабочих установил жесткие правила. Если кто-то появлялся на работе пьяный – сразу выгонялся без каких-либо пособий. В результате такой текучки кадров, у Рафы сложился небольшой коллектив непьющих сельчан, которые работали у него уже постоянно. А те, кому не посчастливилось получить эту работу, на последние деньги употребляли продукцию этого же подпольного заводика.

Подпольным его трудно было назвать. Все жители села прекрасно знали, какое производство работает рядом и не только все одобряли, но и желали устроиться туда на работу, так как это, по сути, был в селе единственный источник денег. Милиция, казалось, была тоже не против такого нарушения закона. Участкового часто видели в сером джипе  Рафы и, судя по всему, они были в хороших отношениях. Со временем Рафа стал в поселке уважаемым и самым авторитетным человеком. Надо отдать ему должное, он был здравомыслящим человеком и в своих решениях всегда руководствовался справедливостью. Он жестко относился к пьяницам и бездельникам, но своих рабочих, если хорошо работали, часто поощрял премиями. Селяне относились к нему как к благодетелю. Слушались его беспрекословно и даже обращались к нему как к старшему, если нужно было рассудить чей-то спор. Если в поселке что-то случалось, то в первую очередь люди обращались к Рафе, а о милиции как о представителе власти, уже никто и не вспоминал.

Постепенно Рафа прибрал к рукам все, что имело в поселке хоть какое-то значение. В поселковом магазине, рядом с рюмочной, он открыл пункт приема лома цветных металлов и для пьющих селян открылся еще один способ заработка. Со всего села в приемку понесли все, к чему не прилипал магнит. Местные алкаши разбирали остатки завода, и что можно было, несли в пункт приема. Шло время, Рафа богател и процветал, развалины завода заросли чертополохом, а селяне погрязли в пьянстве и безнадеге.

* * *

Рюмочная, в которой Валерия Иванова работала уборщицей, тоже принадлежала Рафе. Леру туда устроил сам хозяин, и она работала там уже почти год. Зарплата была небольшая, но это были хоть какие-то деньги, на которые Лера могла кормить свою пьющую мать. Отца у нее не было. Он умер, когда ей было десять лет, от сердечного приступа.

Пока был жив отец, их жизнь была похожа на рай. По крайней мере, таким себе его представляла Лера. Они жили дружной, веселой семьей, мама с папой работали на заводе. Каждое утро они целовали свою дочь и уходили вместе, взявшись за руки, на работу. А вечером, когда возвращались, маленькая Валерка бежала им на встречу, отец подхватывал ее на руки и все весело смеялись. Они никогда не ссорились. Все время проводили вместе. Летом всей семьей ходили загорать на речку, по выходным все вместе стряпали пельмени, и всегда вместе отмечали праздники, и никогда в их семье на столе не было водки. Лера помнила своего отца только улыбающимся и веселым. Это была счастливая семья, где царили любовь и согласие. Даже такое имя он ей дал как шутку. Когда мама ждала ребенка, бабки ей сказали что будет мальчик. Отец очень хотел сына и даже придумал ему имя. А когда родилась девочка, он решил так, смеясь: «Ну хотели Валеру, пусть Валерка и будет!» И всегда называл ее с любовью, «моя Лерочка».

Эта счастливая жизнь была для Леры омрачена единственным обстоятельством. Ее постоянно преследовал страх. Страх того, что это когда-то кончится. Лера, сама не понимая откуда, но она точно знала что эта райская жизнь закончится. Она панически, иногда до холодного ужаса, боялась, когда вдруг неожиданно понимала что это случится. Бывало она просыпалась ночью от того, что во сне понимала, что их семьи нет, и плакала от ужаса. Она не знала когда это случится, но то, что это случится она знала точно.

Это случилось летом. Мама вдруг стала реветь, исходя на крик. Какие-то женщины в черных платках суетились вокруг нее, и тогда Лера узнала значение слов «сердечный приступ» и поняла, папы больше нет. Райская жизнь кончилась.

Когда отец умер, мама стала пить. После похорон Лера видела ее только пьяной или плачущей. Маленькая девочка не знала, что она может сделать, чтобы хоть как-то облегчить горе мамы. Иногда ей даже хотелось самой дать маме водки, лишь бы она не плакала так горько. Мама выпивала стакан, затем еще и засыпала, обняв единственного оставшегося родного человека. Лера смотрела на спящую маму, гладила ее волосы и согласна была на все, лишь бы не видеть ее слез.

Продавщица в магазине без вопросов давала маленькой Лере бутылку водки, когда она приходила по поручению мамы. Все в селе сочувствовали горю некогда счастливых людей. Так продолжалось долго. Мать пила, нигде не работала, процветающий когда-то дом стал приходить в упадок.

Лера училась в школе, которая находилась в соседнем селе. Каждый день она торопилась из школы домой, чтобы приготовить что-нибудь поесть матери и прибраться в доме. Но мать часто довольствовалась только водкой. Все чаще в доме стали появляться гости. Это были какие-то мужики и неопрятные тетки, они приносили водку и пили вместе с матерью. Постепенно Лера отдалилась от матери и стала самостоятельной. Ей самой приходилось готовить еду и стирать белье. Мать не хотела даже подмести в доме пол, ее собутыльники, громко матерясь, бросали окурки на пол и плевали по углам. Дом все больше стал походить на притон, а Лере все меньше хотелось возвращаться домой после школы. Мать пила беспробудно. Некоторые мужики-собутыльники задерживались у них дома на несколько недель, и даже месяцев, но эти «романы» пьяной матери всегда заканчивались одинаково. Однажды она приходила в себя и со скандалом выгоняла из дома собутыльника. В такие моменты мать не контролировала себя от бешенства. Она могла запустить в неудавшегося сожителя всем, что попало под руку и всегда эти пропитые мужики бежали от нее из дома, как от разъяренной фурии. Прогнав очередного собутыльника мать, оглядев дом более трезвыми глазами, снова начинала плакать. Это были слезы горя по ушедшему времени, которое не вернуть. Лера обнимала ее, гладила и шептала:

-        Не плачь, ну, пожалуйста, не плачь.

-        Эх, Лерка… Для чего мне жить? Вот и ты большая уже, самостоятельная. Скоро замуж выскочишь и уедешь… А, я? Кому я нужна теперь? Эти кобели, все алкаши трухлявые, только водку жрать могут… Кончилась моя жизнь. Вон, там на кладбище и лежит…

Лера понимала, что поднять настроение матери можно только водкой. Она шла в магазин и приносила бутылку. Мать выпивала стакан и глаза ее высыхали. Какое-то время она еще пыталась помогать дочери по дому, прибиралась, стирала, но хватало ее ненадолго и она снова скатывалась в тяжелый запой. Лера оставалась единственной хозяйкой в доме, но ей нужно было учиться и она ничего не успевала. Она приходила из школы, дома ее встречал пьяный гогот собутыльников матери. Когда-то прекрасный дом стал похож на хлев. Везде валялись пустые бутылки и всякий мусор, разбитая посуда, грязь, тараканы, тяжелый, затхлый запах многодневных запоев.

Лера забиралась на сеновал, укрывалась стареньким одеялом и предавалась мечтам. Когда-нибудь это кончится. Да, она точно знает, она встретит мужчину, его лицо будет выглядеть именно так - блондин, голубые, пронзительные глаза, утонченные черты. Это лицо иногда появляется в ее снах и она точно знает, что придет время, они встретятся и она снова почувствует себя счастливой.

Как тогда, в далеком уже детстве, таком спокойном и безмятежном.


 

<<< предыдущая страница | оглавление | следующая страница >>>

Комментарии
Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии!

3.26 Copyright (C) 2008 Compojoom.com / Copyright (C) 2007 Alain Georgette / Copyright (C) 2006 Frantisek Hliva. All rights reserved."